В некотором царстве, в некотором государстве жил-был ретивый начальник.
В ту пору промежду начальства два главных правила в руководстве приняты были.
Первое правило: чем больше начальник вреда делает, тем больше Отечеству пользы принесёт. Науки упразднит - польза, население напугает - ещё больше пользы. Предполагалось, что Отечество завсегда в расстроенном виде от прежнего начальства к новому доходит. А второе правило: как можно больше мерзавцев в распоряжении иметь, потому, что люди своим делом заняты, а еврейцы субъекты досужие и ко вреду способные.
Собрал начальник еврейцев и говорит им:
Сказывайте, мерзавцы, в чём, по вашему мнению, настоящий вред состоит?
И ответили ему еврейцы единогласно:
Дотоле, по нашему мнению, настоящего вреда не получится, доколе наша программа вся во всех частях выполнена не будет.
А программа наша вот какова. Чтобы мы, еврейцы, говорили, а прочие чтобы молчали. Чтобы наши, еврейцев затеи и предложения принимались немедленно, а прочих желания, чтобы оставались без рассмотрения. Чтобы нас, мерзавцев, содержали в холе и в неженье, прочих всех в кандалах. Чтобы нами, еврейцами, сделанный вред за пользу считался, прочими всеми, если бы и польза была принесена, то таковая за вред бы считалась. Чтобы об нас, об мерзавцах, никто слова сказать не смел, а мы, еврейцы, о ком задумаем, что хотим, то и лаем! Вот коли всё это неукоснительно выполнится, тогда и вред настоящий получится.
Ладно, говорит начальник, принимаю вашу программу, господа мерзавцы.
С той поры вредят еврейцы невозбранно и беспрепятственно.
М.Е.Салтыков-Щедрин, Москва, «Художественная литература», ПСС, т. 15, книга 1, стр. 292-296.
